Previous Entry Share Next Entry
Черный Город. Отчёт.
mirus_alastor
А в жерновах не мука, но порох,
И этот порох взорвется скоро.
Ты нарисуешь круги на полу,
Круги на потолке, круги на стенах,
Закроешь сына от взрыва телом.
И ты забудешь мой последний взгляд,
Но через сотни лет должна узнать мой голос.
Предисловие
Мой персонаж был мусульманским рабочим на промыслах. С погибшей семьей, криминальными делами и несчастной любовью. Истинное имя Хабиб Илат, но более известен как Азат Мамедов. Лидер мусульманского профсоюза, первостепенно анархист и второстепенно Дифаи, член банды Барсега.
Не особый талант в бою (один прием и однозарядный пистолет), но зато вызывал доверие. Основными целями было расшатывание обстановки среди рабочего класса, организация забастовок, создание проблем в экономике, добыче нефти, громкие убийства - подготовка революции снизу.

Неделя первая
Первое, что и сделал по прибытии в город - познакомился с соседями. Ими оказались нищенка с тройным дном Валида и относительный простак Абдурахман. После с Валидой мы отправились в лодочный клуб. Там я впервые заметил особ, которые сыграют ключевую роль в моей истории, но намного позже. Ими были две милые болтливые европейские девушки - Екатерина Разумовская (Фай) и Варвара Яковлева (Грин), с которыми я сыграл несколько партий в "Очко" и опрокинул по рюмке ментолового ликера, пока Аллах не мог наблюдать за моим занятием. Удвоив свой капитал, я решил, что везение мое исчерпано, и пора прогуляться по городу. В нем к своей радости я встретил Барсега (Румата) и Максима Черного - членов нашей банды. Тогда я узнал, что главная наша задача - сделать бомбу, для чего нужно найти химика, согласного подсобить в этой авантюре. Искать химика было поручено мне.

Я резонно предположил, что химик должен быть среди инженеров, работающих на нефтедобыче, и отправился в европейский квартал. Две мои попытки разговоров издалека про обучение меня новой профессии не привели к успеху.
Когда весь город лег спать, я отправился в Черный Город, чтобы в отсутствие других его посетителей спокойно изучить его ходы, изломы лабиринта, а также найти что-нибудь интересное. Нашел я только записку с позывными чьего-то связного.

Неделя вторая
Утро началось с того, что я проспал намаз. Еще недавно я обещал главе общины Орхану (Корсар), что не пропущу его, но не вышло. Я решил, что нужно как-то изящно оправдаться и соврать на счет причины своего отсутствия, поэтому соврал, что меня не отпустили с промыслов, задержали на работе, пригрозив потерей зарплаты. Эта история нашла бурный отклик среди общественности, и благородная нефтедобытчица Мишель (Ри) в тот же момент ввела изменение графиков, в котором предлагала расписаться и мне. Но так как договориться о чем-либо с капиталистами в наш план не входило, я всячески глупо съезжал с прямых переговоров и не во что не вписывался.
В то же время на улице меня встретила Айше (Полина), которая меня узнала, и как вскоре выяснилось, не была виновата в покушении на меня (здесь ремарка: мне все еще не известно, кто в итоге был виноват). Я довольно быстро её простил, хотя все еще не доверял полностью, потребовав узнать у отца, кто стоит за этим покушением.
В это время наша банда начала готовиться к организации забастовки. Так как с планами у нас все было очень плохо (по одному у каждого), я договорился с нефтянницей Леонозовой, что с нее деньги и планы, а мы устроим стачки у ее конкурентов - Редфилд и Нойберга. Что в последствии успешно было сделано, правда только со второй попытки.
В это же время бурно развивалась линия Дифаи. Зажигательная и кровожадная помощница Редфилд Убайдат (Милена), по совместительству глава ячейки Дифаи, княжна Дагестана, подрядила добрую половину мусульман похитить армянскую женщину Зарему, чтобы выманить в Черный Город ее сына (не пугайтесь нелогичности плана, так требовала стилистика игры). Кроме того  мы очень продуманно не обговорили детали, не назначили ответственных. Конечно же, успех такого плана с самого начала был очень сомнительным. Что и подтвердилось.
Заманивание в бани и ранение армянки прошло без проблем. После мы допросили женщину прямо в банях, стало понятно, что она не та, кого мы ищем, но на роль приманки оно подходила. На этом этапе Убайдат дала распоряжение убить Зарему в любом случае, но это поручение все как-то не услышали. Зарему успешно утащили в Черный Город, спрятались и послали записку сыну. Прождав полчаса, мы поняли, что записка до адресата не дошла. В это же время пришла Айше, которая сказала, что убивать Зарему нельзя ни в коем случае, нужно обязательно вытащить Арушана. Я отправился лично, с открытым лицом к Арушану (сыну Заремы) сообщать, что его в Черном Городе ждет мать, и было бы неплохо немедленно отравиться ее спасать. Арушан решил собраться, предупредить всех армян, которые предупредили жандармов, что в итоге привело к походу в Черный Город всей толпой. Всех наших похватали, повели в жандармерию, но Зарему так растрогали и понимающе с ней поговорили во время плена (кстати, не вредили, не оскорбляли и не издевались), что она не стала писать заявление, поэтому конфликт был исчерпан. Убайдат в ярости, но я был рад, что все закончилось именно так. Для моих целей анархиста война с армянами могла бы стать большим препятствием, особенно с учетом того, что глава банды - армянин.    

Неделя третья
Я и Максим Черный отправились на поиски Барсега, который куда-то пропал. А, как известно, пропавших нужно искать в Черном Городе. Поиски были безуспешны, но на выходе из Черного Города мы обнаружили неясные движения в правом ближнем к входу углу. Сначала оттуда растерянно улыбаясь вышла Варвара Яковлева, та самая журналистка из казино в лодочном клубе, потом я и Максим зашли внутрь и обнаружили там кого-то в закрытой комнате. Открывать не стали, а то вдруг словим пулю, решили отойти, пусть сама выйдет. Через некоторое время оттуда спешно выбежала вторая журналистка - Екатерина. Я и Максим зашли внутрь покинутой комнаты, и обнаружили там бомбу. "Интересно" - подумали мы, но так как взрыв на вышке нам был полезен, независимо от того, с какой целью он был организован, мы решили никому не говорить про бомбу, а лучше поскорее уйти из Черного Города. Буквально через 10 минут, после того как мы вышли из Черного Города и стали покурить у входа, прогремел взрыв, появился дым. Встревоженные жандармы сразу же заподозрили нас, так как нас видели выходящими из Черного Города накануне взрыва, и мы имели мотивы для этого, и многие знали о наших анархистских настроениях. В жандармерию на допрос был доставлен Максим Черный и Барсег.
Я же в это время наблюдал самоубийство главы нашей общины - Орхана. Это сразу же породило множество вопросов и подозрение, кто и как мог его до этого довести. Шантаж? Угрозы? Гипноз? Версий было превеликое множество, но не было ни одной зацепки. При досмотре в жандармерии были обнаружены какие-то записки, наш единоверец-жандарм Фарах попытался перехватить корреспонденцию. Все выглядело очень странно и запутано.
Тем временем я был приглашен на переговоры с Редфилд, сформулировал и выдвинул невыполнимые и разорительные условия, что привело к безрезультатным переговорам с профсоюзом (что, в целом, и требовалось).
Тем временем Барсега удерживали уже очень долго, в основном по подозрению в организации взрыва, и я, сославшись на важные переговоры с профсоюзом, в которых нужен Барсег, попросил жандармерию принять мои показания, чтобы ускорить освобождение Барсега. Я рассказал, что я видел в Черном Городе, и кто на самом деле организовал взрыв. Так как на тот момент я не знал род занятий барышень, а только смог не вполне точно описать внешность, я не сильно помог жандармам в поимки террористок. Зато решил вопрос со своим, очевидно, последующим задержанием, если бы не пришел сам, и, как думал, ускорил освобождение Барсега. Но дальше дела пошли не по плану. То ли из-за того, что Барсег был еще в чем-то виновен, то ли из-за его вспыльчивости, Барсег напал на охранявшего его жандарма и попытался сбежать. Неудачно. Я постарался призывать общественность к возмущению по поводу полицейского произвола (удерживали Барсуга без ордера, стреляли в него), но общественность не отозвалась. Вероятно, европейский квартал не лучшее место. После Барсега отконвоировали в Тифлис. К сожалению, удачно.

Неделя четвертая
Дальше был вечерний намаз. После община прямо в мечети устроила собрание, на котором обсуждала планы по убийству армян Зары или Арташесова. После того, как Зара ушла от нас и добралась до места свадьбы (шашлычная), мы перестали думать о том, как ее выманить, решили заняться Арташесовым. Мы ждали в засаде в отеле "Националь" больше получаса, но нашим женщинам не удалось его туда заманить. В итоге, Арташесов тоже ушел. После мои дорогие кровожадные мусульмане пошли просто ловить и убивать армян (двоих они вроде как прикончили), но я для себя решил, что в бессмысленной бойне невинных пролетариев я не участвую, поэтому просто решил скрыться с глаз единоверцев и перевести дух, для чего пошел в лодочный клуб.
Там я увидел журналисток, тех самых подрывников. С потерей Барсега у нашей банды исчезли все связи и шансы найти бомбу. Муса Джабаров, у которого были выходы, тянул с этим вопросом, и, вероятно, догадывался, что мы способствуем революции, что вряд ли его, капиталиста, радовало. В свете этих событий я решил пойти в ва-банк, и под предлогом помощи в наборе воды, я завел с девушками очень прямой разговор. "Вы - революционеры?". Девушки через секунду сомнения согласились, мы вскрыли карты и договорились о сотрудничестве. Они, как и я, оказались анархистами. У них был конкретный план - взорвать княжну, а главное, средства для его исполнения - у них были материалы, и девушки умели собирать бомбы.
Мы немедленно отправились в редакцию, захватив по дороге Максима, который не секунды не сомневался в участии в этой затее. В редакции мы подготовили план. Максим и Екатерина отправились в лодочный клуб, а я и Варвара - в Черный Город, готовить бомбу.
Так людно в Черном Городе не было никогда. Жандармы, армяне, мусульмане, какие-то знатные люди и вообще не пойми кто ходили толпами. Но у нас не было выбора. У нас был план, не было возможности изменить время. Поэтому нужно было все делать сейчас. Несмотря на жуткий стрем мы таки вынесли бомбу и даже почти дошли до лодочного клуба, но были встречены уходящими гостями. Я скинул бомбу (а изображалась она огромной картонной коробкой, которая еще и звенела при движении) в двух шагах на обочине, гости стали рядом от меня, в 10 шагах, потом ко мне еще и подошла Убайдат, очень не вовремя. Начала расспрашивать, что делаю, почему не участвую в облаве, предложила деньги за прекращение стачек на заводах Редфилд, от которых я отказался. Мы очень атмосферно поговорили про судьбы и идеологии друг друга, после чего и разошлись.
Когда мои товарищи  (Екатерина, Варвара и Максим) вернулись, стало известно, что княжна ушла из клуба сильно раньше положенного. Было решено взорвать княжну в другом месте (с разрешения мастеров мы получили возможность использовать бомбу повторно, изменить план). Длительные попытки выманить или подстеречь княжну закончились тем, что она ушла спать, так и не дав интервью нашим журналисткам. Почти придя в отчаяние, мы решили изменить жертву. Новый елью стал - Эраст Фандорин. Его мы довольны быстро выманили в дом Максима, где и была заложена бомба. Но по причине нетерпеливости Екатерины и по ее указанию я раньше времени открыл дверь и выстрелил в Фандорина. Дальше произошла потасовка в неизвестным финалом (были мастера, рулежка, кто прав и жив ли Фандорин - неизвестно). Очнувшись после взрыва, который лишил меня сознания, я понял, что независимо от того, жив ли Фандорин или нет, оставаться в городе - не безопасно.
Я пришел к Айше. Я сказал ей, что у нее есть одна возможность остаться со мной. Уехать сегодня ночью, без сборов и раздумий. Она сказала, что у хозяйки бань есть документы на ее отца, которые порочат честь его семьи, а значит и Айше. Она просила меня выкрасть их. Я сказал, что нет времени, и что если она поедет со мной - никакие документы не будут иметь значения. "Айше умрет для людей этой ночью, как умрет и Азат, как умер Хабиб годы назад. Никто и никогда не узнает, кто скрывается под новыми именами в паспортах. А для меня, для анархиста, для воина без знамени и командира, молва людей значит не больше чем лай собак. Не людям судить меня, а только ли одному Аллаху. Или ты последуешь со мной сейчас, или прощай на веки".
И она последовала. Поезд на рассвете покинул Баку.

Огромная благодарность мастерам игры. "#Бастилия" - вы клевые. Спасибо Вану и Фрикси, что вятянули на эту игру.
Спасибо людям, с которыми пришлось так здорово поиграть, особенно Полине, Румате, Кайлу, Фай, Грин, Милене, Степану, Корсару, Ри.
Отдельное спасибо тем, кто угощал меня сигаретами (Кендер, Кайл, Степан).                 

  • 1
Спасибо, что сорвался! Мы были уверены, что в итоге ты втянешься)

  • 1
?

Log in